Лента тем форума «Исторический» и его подфорумов за год

 

George_gl

опытный

☠☠☠
статья показалась интересной.

"Из Ливерпульской гавани всегда по четвергам": как начиналась массовая эмиграция из Беларуси

Сколько стоил билет на рейс до Нью-Йорка и какую сумму могли накопить в начале XX века в США сезонные рабочие из Беларуси, почему эмигранты выбирали трансатлантические лайнеры германских пароходств и сколько было российских подданных на "Титанике" — в очередном материале TUT.BY и Universal… //  news.tut.by
 

Зы. Дед жены в 1914 уехал в Америку в 1914 вернулся в 1932 купил у помещика землю, лес, построил дом, считался богатым. Но был и такой случай, из его деревни парень из штатов написал отцу "родители если хотите меня видеть пришлите денег на обратный билет" (не пропадал оный за работой)
 

Fakir

BlueSkyDreamer
★★★★☆
Период тот в Штатах был, тем не менее, ну очччень интересным. Остальным, конечно, тоже перепало нехило. Косвенно и нам.

Будущее в прошедшем

Как Маргарет Митчелл помогла американцам выбраться из Великой депрессии //  nplus1.ru
 
Построенное на изначально либеральных, рыночных установках, американское общество в 1930-е годы в первый и последний раз в своей истории переживало всплеск популярности социалистических и коммунистических идей. Самой известной идеей такого рода стала положенная в основу целого движения программа «Share our wealth», в которой выдвигалось требование жесткого прогрессивного налога, нацеленного прежде всего на миллионеров и крупнейшие американские корпорации и призванного перераспределить их средства в пользу беднейших слоев Америки. Одним из лидеров этого движения был сенатор Хьюи Лонг, и в 1932-1933 годах число его сторонников приближалось к 7,5 миллиона человек, а сам он заявлял о президентских амбициях. Конкуренцию Франклину Рузвельту на выборах 1936 года Лонг не смог составить только потому, что за год до этого был убит. Сторонники Лонга обвиняли в его смерти чуть ли не самого американского президента.
И если движение Лонга развивалось в прокоммунистическом русле, то одним из наиболее могущественных правых политиков того времени стал радиопроповедник Чарльз Кофлин, собиравший на свои выступления до 40 миллионов слушателей. Кофлин был ярым антисемитом, поклонником Гитлера, Геббельса и Муссолини. Со страниц издаваемой им газеты «Социальная справедливость» он транслировал идеи нацизма, обвиняя во всех бедах США «евреев и банкиров», и видел спасение Америки — в том числе от большевизма и движений типа «Share our wealth» Хьюи Лонга — в фашизме и национализме. Как бы маргинально ни звучали сейчас эти лозунги, Юнионистская партия США, одним из основателей которой стал отец Кофлин, в 1930-е годы претендовала на звание «третьей американской партии», объединив в своих рядах и правых, и левых — всех, кто не нашел себе места в рамках существующей двухпартийной системы.
Так, другой лидер юнионистов — врач Фрэнсис Таунсенд — придерживался гораздо менее радикальных политических взглядов, а в социально-экономических вопросах и вовсе заигрывал с левыми настроениями общества. В 1933 году он разработал план по внедрению в США пенсионной системы, до этого не существовавшей. Его предложение было крайне простым: выплачивать каждому американцу, достигшему 60 лет и не имевшему проблем с законом, 200 долларов, которые он обязан был потратить в течение 30 дней для стимулирования экономики. Финансироваться такая система должна была за счет немаленького общенационального налога с продаж. И хотя это означало существенное увеличение налоговой нагрузки на бизнес, план Таунсенда приобрел такую популярность, что его не смог проигнорировать даже Франклин Рузвельт, в итоге положивший его в основу социальной политики «Нового курса».
 

Еще в 1931 году американский писатель и историк Джеймс Адамс выпустил книгу «Американский эпос» (The Epic of America), в которой фактически заново сформулировал определение «американской мечты». В условиях Великой депрессии это приобрело особую значимость. Если раньше проблемы в жизни простого американца были осязаемы и объяснимы: засуха на ферме, потеря работы в пользу более компетентного специалиста, уход с рынка под давлением конкурентов и так далее, то биржевой крах, за которым последовал резкий спад экономики, для большинства населения США был крайне абстрактным явлением. Но следствия его были настолько ощутимы, что это круто пошатнуло уверенность американца в собственных безграничных силах. Сложные экономические процессы оказались не тем, на что обычный человек может повлиять усилием воли.
 
...На этом и был построен «Новый курс», с помощью которого планировалось активизировать экономическую активность в США после кризиса. Для каждой отрасли устанавливались так называемые «честные условия для конкуренции» с помощью квот на выпуск продукции, распределения рынков сбыта, регулирования цен, стандартов, условий рабочего процесса и уровня зарплат — в общем, государство довольно тотально проникало в рыночные взаимоотношения. Дополнительно — уже не столько в рамках «Нового курса», сколько во второй президентский срок Рузвельта — государство инвестировало в инфраструктуру, промышленность, новые рынки сбыта и даже в сферу здравоохранения и образования. Последняя программа подобных госинвестиций была принята на фоне новой рецессии в 1938 году и составила почти 5 миллиардов долларов — космическая по тем временам сумма.
Идеологическим базисом проводимой Рузвельтом «околокейнсианской» политики стал социальный либерализм, концепцию которого с 1920-х годов активно развивал американский философ и социолог Джон Дьюи. Его ключевая работа «Либерализм и социальное действия» была опубликована в 1935 году в целях актуализации классического либерализма и привязки его к американским реалиям того времени. Идея Дьюи была очень гуманистической: для реализации «американской мечты» недостаточно одного равенства в правах и, прежде всего, в праве на частную собственность, — необходимо еще и равенство в возможностях. Обнищавшие и безработные американцы нуждались в поддержке для того, чтобы выровнять свои жизненные шансы с теми, кого кризис коснулся меньше. И государство должно эту поддержку предоставить, поскольку только в условиях идеальной конкуренции каждый человек сможет реализовать свой потенциал, а значит, и принести максимум блага обществу.
 

Однако и социальный либерализм, и кейнсианство натолкнулись на активное сопротивление в интеллектуальной среде.
Одним из главных оппонентов выступала Австрийская экономическая школа. Два наиболее знаменитых ее автора — Фридрих фон Хайек и Людвиг фон Мизес — вступили в прямую полемику с Кейнсом и его последователями, опровергая выдвинутые положения о предельной склонности к сбережению и эффекту мультипликатора государственных инвестиций. Уже к началу Второй мировой войны — во многом под давлением крупного и среднего американского бизнеса, вооруженного идеями Австрийской школы — часть законов администрации Рузвельта была отменена, в том числе через выигранные дела в Верховном суде США. Война помогла американской экономике окончательно выйти из кризиса и перезапустить многие промышленные прои


Дальше »»»
 
Первый в Советской России смертный приговор был оглашен 21 июня 1918 года за несколько месяцев до официального восстановления Совнаркомом высшей меры наказания, отмененной 26 октября 1917 года II Всероссийским съездом Советов. Судебный процесс состоялся в Сенатском дворце Московского Кремля (ныне рабочая резиденция Президента РФ). Для содержания подсудимого рядом с кремлевским кабинетом председателя СНК В.И. Ленина была оборудована камера, а его дело рассматривал специально созданный Революционный трибунал при Всероссийском Центральном Исполнительном Комитете.
20—21 июня 1918 года Ревтрибунал при ВЦИКе рассмотрел дело начальника Морских сил Балтийского моря Алексея Щастного. Ему было предъявлено обвинение "в контрреволюционной агитации, попустительстве таковой во флоте, неисполнении приказов Советской власти и планомерной дискредитации ее в глазах матросов с целью ее свержения".
Что же такого натворил Алексей Щастный?
Он спланировал и провел операцию по спасению кораблей Балтийского флота от захвата германскими и финскими войсками и переводу их из Гельсингфорса в Кронштадт.
Всего до Кронштадта дошли 236 боевых кораблей и судов: шесть линкоров, пять крейсеров, 54 эскадренных миноносца, 10 тральщиков, пять минных заградителей, 15 сторожевых судов, 12 подводных лодок, 45 военных транспортов, 25 морских буксиров, 14 вспомогательных и других судов.
Балтийский флот, таким образом, оказался единственной морской силой, которую удалось сохранить, в то время как Черноморский флот был затоплен по секретной телеграмме Ленина, а все боеспособные корабли и суда на Севере и Дальнем Востоке достались английским и японским интервентам.

Право.ru: законодательство, судебная система, новости и аналитика. Все о юридическом рынке.

Все о праве: новости, обзоры, аналитика. Все новости и обзоры юридического рынка. //  pravo.ru
 
49050.jpg (скачать) [400x300, 23 кБ]
 
 
 

в начало страницы | новое
 
Поиск
Настройки
Твиттер сайта
Статистика
Рейтинг@Mail.ru